В дублированной версии голливудской комедии «Мой парень из зоопарка» голос Тимура Родригеза достался болтливому капуцину, который вместе с другими обитателями бостонского зоопарка учит смотрителя Гриффина искусству ухаживания за дамой сердца. Родригез признается, что у него с веселой обезьянкой много общего.

– Как вы относитесь к теории Дарвина?

–В моем случае она подтвердилась. Наверное, по причине необыкновенного сходства – в манере общения, в повадках, в мимике – мне и предложили озвучить капуцина Дональда. Из-за веселого характера и непоседливости меня и в детстве часто сравнивали с обезьянкой.

– Не было обидно, что не предложили озвучить льва или какое-нибудь другое приличное животное?

–Наоборот, обезьяну интереснее озвучивать. У льва два основных состояния – либо он спокойный и рассудительный, либо взрывной и страшный. А обезьяна в минуту сто раз поменяет настроение и останется абсолютно органичной. Эта работа стала для меня серьезным вызовом – надо было успевать совпасть с настроением обезьянки. Мне здорово повезло с режиссером озвучания Ярославой Турылевой – она была невероятно точна в своих советах. Честно скажу, когда мы слушали оригинал, нас удивило, что многие актеры совершенно не используют свои голосовые возможности. И кстати, огромное количество западных картин, которые выходили в нашей стране, Ярослава Георгиевна практически спасла. Некоторые актеры среднего пошиба стали интересными именно благодаря мастерству дубляжа своих российских коллег.

– Бельмондо у нас всегда озвучивал Николай Караченцов, Джонни Депп говорит голосом Александра Баргмана. Кому из зарубежных актеров вы хотели бы отдать свой голос?

– Ох, ничего себе вопрос… Есть несколько актеров, которые мне безумно интересны. Джек Николсон. Но тут, пожалуй, я не очень подойду. Хотя однажды я озвучивал старую черепаху с очень скрипучим голосом. Безумно люблю Джима Кэрри. И прекрасно понимаю, как его невероятно тяжело озвучивать русскому актеру. Посмотрите внимательно хотя бы один фильм с ним на английском языке – особенно «Маску» или «Эйса Вентуру» – и вы увидите, что у Кэрри абсолютно уникальная манера говорить. Он дробит слова на слоги и интонационно играет этими слогами. Сделать это на русском практически невозможно. Во-первых, потому что это специфика английского языка, во-вторых, это уникальность Джима Кэрри. И как бы наш актер ни был талантлив, он не сможет так говорить. Возвращаясь к Ярославе Георгиевне, хочу сказать, что «Шрек», над которым она работала, на русском смотреть не менее интересно. В оригинале озвучивают Майерс, Кэмерон Диаз, Эдди Мерфи – казалось бы, сложно конкурировать с таким актерским ансамблем, и тем не менее наш «Шрек» – феноменален. Он смешной, точный, все интонации настолько вкусные, что его хочется смотреть в том числе и из-за озвучки.

– А как вы относитесь к переводам Гоблина?

– Мне не очень нравится тембр его голоса, но он профессионал. Я ценю, как он работает с текстом, стремясь дословно донести до зрителя смысл произнесенного артистами. Прекрасно понимаю, что использование Гоблином ненормативной лексики обусловлено не желанием шокировать зрителей, набить себе цену. Допустим, как можно цензурировать перевод сериала «Клан Сопрано»? Неужели американский мафиози с итальянскими корнями выразит недовольство подельником с помощью слов «ты плохой» и «надо оторвать тебе голову на фиг»?

Я с большим интересом смотрю сериал Californication («Блудливая Калифорния»), в переводе которого тоже используется ненормативная лексика. Ну не может как-то иначе говорить Хэнк Муди, герой Дэвида Духовны, который, кстати, после этого сериала стал одним из моих любимейших актеров.

– Вы умеете сказать нет, когда на вас наседают?

– За последние пять лет я научился это делать. С трудом, но могу из себя выдавить это «нет». Я всегда боялся обидеть отказом. Хотя мне самому нет говорили достаточно редко, я прекрасно понимаю, что услышать это короткое слово может быть очень неприятно. А человек, который перегнул палку и в силу своей невоспитанности не понимает, как некрасиво себя ведет, не воспримет твое «нет».

– Дональд периодически подкалывает медведей, шутит надо львом. Вы говорите, что похожи на этого героя. Тоже любите всех подкалывать? Или инстинкт самосохранения сильнее?

– Чаще всего, конечно, инстинкт самосохранения берет верх. Но скажу вам такую парадоксальную вещь – иногда сильные мира сего любят, когда их подкалывают. В этот момент им кажется, что они играют по правилам, которые сами придумали. Я это наблюдал, когда был участником одного известного телевизионного проекта. Приходили очень серьезные люди, которые хотели, чтобы над ними пошутили. Более того, многие из них, будучи знакомы с нами, подходили и просили, чтобы мы их подкололи. В этом был определенный момент статусности. Если про тебя пошутили, значит на тебя обратили внимание, ведь про кого-то не сказали ни слова.

– Вы говорили о Джеке Николсоне. Его герой в фильме «Пока не сыграл в ящик» составил список того, что должен успеть сделать. Понимаю, что вам рано об этом думать, но все же такой список у вас есть?

– Этот список очень длинный. Потому что я не реализовал и 10% задуманного. Только сейчас начал заниматься тем, что планировал делать 10 лет. Счастье, что я по-прежнему успеваю многое – и телевидение, и радио, и театр, и кино. Но если мне придется выбирать, то свой выбор я сделал достаточно давно. Это музыка.

Беседовала Елена Боброва